Глава 18. Потрясающе мягко
— Прекрасная леди, вы свободны после смены? Не желаете ли прогуляться со мной?
Лагния подмигнула.
— Кстати, такая красавица, как вы, любит зеленый перец?
Лудран в полном молчании наблюдал за тем, как Лагния непринужденно флиртует с юной девушкой-оленем, подготавливающей целебные травы для ванночки.
И откуда в ней столько опыта...
К счастью, юная служанка, судя по всему, привыкла к подобному обращению. Она с вежливой улыбкой поддерживала светскую беседу.
Лудран перевел взгляд на девушку, стоящую перед ним.
В отличие от той, что обслуживала Лагнию, его спутница напоминала спелый, сочный персик.
На ней была точно такая же униформа — длинное платье, призванное наглухо скрывать тело от чужих глаз.
Но, видимо, размер оказался маловат, потому что скромный наряд настолько плотно облегал её фигуру, что Лудран буквально не знал, куда девать глаза.
Эта взрослая дама отличалась поразительно пышными формами даже на фоне остальных весьма фигуристых представительниц оленьего племени, которых Лудрану довелось увидеть за сегодняшний день.
Из выреза целомудренного платья, совершенно не предполагающего декольте, неумолимо вырывалась наружу шокирующая белизна.
К тому же Лудран заметил, что её движения были крайне неуклюжими по сравнению с ловкостью коллеги Лагнии. Она казалась дилетантом, которого в спешке поставили на замену.
— Ч-что-то не так, господин?
В поразительном контрасте с вызывающей внешностью, голос этой неловкой женщины звучал невероятно мягко и сладко.
Она заметно нервничала — на её открытой белоснежной коже проступил густой, неконтролируемый румянец.
— Ничего.
Резкий диссонанс между зрелой привлекательностью и робким поведением едва не выбил Лудрана из колеи. Он с невозмутимым видом поднял голову и уставился на экран магопланшета.
Кериней из агентства «Цирк» обладал стройным телосложением, но в качестве оружия выбрал тяжелое длинное копье.
Лудрану казалось, что подобное оружие куда уместнее смотрелось бы в руках кавалериста на поле брани.
На арене же оно выглядело нелепо.
В конце концов, где там взять пространство для разбега? А если противник увернется или примет удар в лоб, боец с копьем мгновенно окажется в критическом положении.
Но вскоре Лудран понял свою ошибку.
Как только судья дал сигнал к началу боя, Кериней даже не попытался сблизиться с врагом. Вместо этого он остался стоять на месте, накладывая на себя одно заклинание за другим, и принял стойку для метания.
Лагния, словно заправский комментатор, начала перечислять активированные чары.
— Точный бросок, Орлиный глаз, Базовое усиление тела. Как обычно, стартовое комбо из трех заклинаний от Керинея.
— Гостья, вы, кажется, очень хорошо осведомлены о Керинее?
Девушка-олень с восхищением посмотрела на Лагнию, опуская её ступни в источающую травяной аромат воду.
— Хе-хе, Кериней — один из главных претендентов на звание сильнейшего заклинателя первого круга на арене. Знать такие вещи — пара пустяков.
На словах Лагния скромничала, но удивление служанки явно пришлось ей по вкусу, и она задрала нос от гордости.
— Но самое интересное — это следующее заклинание. Именно благодаря ему Кериней выигрывает большинство боев.
Похоже, близилась кульминация. Лудран сосредоточенно уставился на экран.
Кериней сделал глубокий вдох, резко поднял правую ногу и с силой топнул по земле.
— Накопление сил для контратаки!
После применения этого заклинания аура Керинея уподобилась натянутой до предела тетиве лука.
— Лагния, что делает это последнее заклинание?
С любопытством спросил Лудран.
В отличие от уже вовсю расслабляющейся Лагнии, его дама всё еще боролась с пакетиками трав, пытаясь понять, в какой последовательности их нужно бросать в воду.
— Если вкратце: не атакуешь его — он продолжает копить ману. Атакуешь, но не наносишь достаточного урона — только помогаешь ему ускорить процесс.
Она пожала плечами.
— Это заклинание ставит противников на арене в безвыходное положение.
Лудран мгновенно оценил эффективность этой тактики в условиях гладиаторских боев.
Арена, напоминающая древнеримский Колизей, была построена с расчетом на самые разные стили боя и потому отличалась внушительными размерами.
Однако наличие границ серьезно сковывало заклинателей дальнего боя, из-за чего их было не так уж много.
Но для Керинея, использующего копье как разовый метательный снаряд, все эти ограничения превращались в сплошные плюсы.
Дистанция не позволяла противнику сбить предварительные касты, а колоссальный урон от единственного броска избавлял от необходимости изнурительно бегать по арене.
И последним, недостающим звеном этой тактики становилось Накопление сил для контратаки.
Это заклинание оказывало колоссальное психологическое давление на оппонента. Тот был обязан во что бы то ни стало прервать подготовку Керинея.
Попытка использовать дальние атаки могла лишь усилить мощь копья.
К тому же Кериней, хоть и стоял на месте, сохранял базовую способность к уклонению.
Это сводило на нет летальность большинства дистанционных приемов.
Что же касается ближнего боя...
Лудран посмотрел на противника Керинея. Тот с первых же секунд бросился вперед, сокращая дистанцию.
Но чем ближе он подходил, тем сложнее становилось уклониться от броска.
Как и ожидалось, Кериней не стал тянуть резину. Враг подошел достаточно близко.
Взметнулась пыль, и Кериней нанес удар!
Вжух!
Копье со скоростью, неуловимой для невооруженного глаза, пронзило воздух!
— Угх!
Не успев уклониться, противник получил прямое попадание в правую руку и мгновенно лишился боеспособности.
Конец матча!
Лудран мысленно восхитился.
Какой напряженный бой. Хоть победа и казалась легкой, но малейший промах или недостаток урона могли перевернуть исход с ног на голову.
Смотри он этот матч дома на диване, у него бы наверняка вспотели ладони.
Но сейчас ситуация была иной.
Лудран медленно опустил голову.
Эта безымянная зрелая женщина из племени оленей почему-то тоже была полностью поглощена поединком.
Её светло-зеленые глаза неотрывно следили за Керинеем, который на экране вскидывал руки, принимая оглушительные овации толпы.
Лудран не имел ничего против её увлеченности.
Проблема заключалась в том, что она настолько ушла в себя, что бессознательно привалилась всем телом к его голени и с каждой секундой прижималась всё плотнее.
Лудран кожей ощущал невероятную, потрясающую мягкость её пышных форм, зажавших его ногу.
Если бы его попросили описать это одним словом, он бы сказал...
Потрясающе мягко.
Что было потом, Лудран помнил смутно.
Кажется, придя в себя, служанка в панике перевернула тазик с водой. А может, этого и не было.
Вплоть до самого окончания процедур он пребывал в трансе, пока пронзительный визг Лагнии у стойки регистрации не вернул его к реальности.
— Так дорого?!
Она стукнула кулаком по столу.
— Вы что, грабители?!